Последняя полная официальная оценка Госстата для города датируется 1 января 2022 года: 219 676 человек. Это почти на 59 тысяч меньше, чем на пике середины 1990-х, когда оценки достигали 278 300 человек. Между этими двумя числами лежат не «просто годы», а смена образа жизни города: от заводского набора кадров к учёту внутренне перемещённых лиц, декларациям семейного врача и реестру общины.
Последовательность здесь имеет значение, потому что каждый этап оставляет в статистике свой след. Перепись 1989 года фиксирует людей на предприятиях и в общежитиях. Оценка 2001 года уже видит пустые цеха. Ряд 2011–2022 годов показывает медленное естественное сокращение. После февраля 2022-го те же таблицы больше не описывают двор: часть жителей уехала, часть приехала из других областей и стоит на учёте как внутренне перемещённые лица.
Ниже мы разбираем население Кропивницкого по периодам: что именно меняло численность, сколько это длилось и какими данными стоит пользоваться, если вы планируете школу, тариф или жилищный фонд, а не только ищете ответ на вопрос «сколько нас».
Советский период и первый рост
После войны город (тогда Кировоград) восстанавливался как промышленный узел сельскохозяйственного машиностроения, пищевой переработки и позднее приборостроения. Перепись 1959 года зафиксировала 128 207 жителей. Далее темп был высоким и почти линейным: 188 795 в 1970-м, 236 652 в 1979-м, 269 803 в 1989-м. За тридцать лет город прибавил более 141 тысячи человек.
Послевоенное восстановление
Этап с 1944 года до конца 1950-х занял около полутора десятилетий. Нужны были восстановление цехов, жильё для вернувшихся и направленных рабочих, школы и поликлиники у заводских районов. Срок был не юридический, а производственный: пока конвейер не заработал на полную мощность, город не набирал население такими темпами, как в следующие десятилетия.
Заводской набор кадров
1960–1980-е — период, когда численность определял штатный список. На «Красной звезде» (ныне «Эльворти») в пиковые годы работало до 15 тыс. человек; рядом росли «Гидросила», радиоэлектронные производства, пищевые комбинаты. Квартира в панельном микрорайоне часто шла вместе с местом на заводе. За это время ввели около 1 млн м² жилья — без этого прироста переписи 1970 и 1979 годов выглядели бы иначе.
Во дворе это ощущалось просто: смена заканчивалась — и остановка общественного транспорта у проходной была забита. Семьи из района или из других областей оставались, потому что зарплата и общежитие были более понятным расчётом, чем поиск работы «где-то в городе».
Крах промышленности и девяностые
После 1991 года тот же механизм заработал в обратную сторону. Оценка 1995 года ещё держит пик — 278 300 человек, — но это уже инерция учёта, а не набор на конвейер. Перепись 5 декабря 2001 года дала 254 103 жителя города. За шесть лет после пика город «потерял» более 24 тысяч в официальной цифре; часть этого — выезд, часть — то, что оценка 1995-го была завышена относительно реального проживания.
На «Красной звезде» к 1995 году осталось около 800 работников. Сеялки, на которых держался союзный рынок, больше не имели прежнего заказа. Закрывались или сокращались смежные производства электроники и станков. Уезжать начали не «за мечтой», а за зарплатой, которую завод больше не платил вовремя.
На практике это выглядело так. Семья из двух работающих на машиностроительном предприятии в 1992–1994 годах ещё ждала, «когда запустят». Решение принимали, когда появлялся родственник в более крупном областном центре или вакансия вахты. Результат — пустая комната в общежитии и прописка, которая ещё несколько лет «держала» человека в городской статистике. Именно поэтому провал в таблице запаздывает относительно провала в цехе на 3–7 лет.
Житель того периода помнит не процент спада, а очередь за зарплатой и то, что вечерний автобус от проходной стал полупустым раньше, чем городская статистика признала потерю десятков тысяч людей.
Нулевые и десятые годы
С 2001 года до 1 января 2022-го официальная численность города снизилась с 254 103 до 219 676 человек — минус 34 427 за двадцать лет, или в среднем около 1,7 тысячи в год. Это уже не обвал, а медленное сжатие. Документы общины отдельно фиксируют другой контур: в пределах современной городской территориальной общины с переписи 2001 года до начала 2022-го сокращение составило 12,0%, тогда как по области — 18,8%.
| Год и источник учёта | Численность, человек | Изменение к предыдущей строке | Что именно изменилось в городе |
|---|---|---|---|
| 1959, перепись | 128 207 | — | Восстановление заводов, жильё у проходных |
| 1989, перепись | 269 803 | +141 596 за 30 лет | Полный штат сельхозмашиностроения |
| 1995, оценка | 278 300 | +8 497 | Инерция учёта на фоне уже слабого производства |
| 2001, перепись | 254 103 | −24 197 | Сокращение заводских штатов, выезд молодёжи |
| 1.01.2014, оценка | 233 333 | −20 770 за 12 лет | Естественное сокращение преобладает над миграцией |
| 1.01.2022, оценка | 219 676 | −13 657 за 8 лет | Ускорение спада в 2020–2021 годах |
Источники: всесоюзные и всеукраинская переписи населения, оценки наличного населения из сборников Госстата (ряд 2011–2022 воспроизведён также на index.minfin.com.ua).
Цифры в таблице нельзя читать как «город ежегодно терял тысячу квартир». В 2010-х основные работодатели уже не набирали смены тысячами: «Эльворти», «Гидросила», «Радий» остались, но в масштабе сотен и тысяч, а не десятков тысяч рабочих мест. На первый план вышли естественное движение и маятниковая миграция. По данным общины, в 2019 году коэффициент естественного сокращения в городе составлял −6,9 на 1 000, миграционного — −2,1; в 2021-м естественное сокращение углубилось до −13,1 на 1 000.
Распространённая ошибка выглядит так: берут строку «на 1 января» двух соседних лет и объясняют разницу одним заводом или одной «волной отъезда». Заканчивается это ложным выводом для школы или поликлиники. Правильнее смотреть три слоя одновременно — рождаемость и смертность, смену места регистрации, фактическое проживание по договору аренды или декларации врача.
Во дворе 2010-х это уже не толпа у проходной, а более тихие подъезды, где часть квартир сдаётся студентам и вахтовикам, а часть стоит с пропиской родственников, которые работают в другом городе.
Война и миграция после 2022
С 24 февраля 2022 года Кропивницкий оказался в зоне относительно глубокого тыла: не линия фронта, но регулярная воздушная тревога и логистика эвакуации. Городской совет считает два потока. С апреля 2014-го до 23 февраля 2022-го община приняла 2 585 внутренне перемещённых лиц. После 24 февраля 2022-го убежище получили 45 799 человек; на момент публикации на учёте оставались 18 525 семей, или 23 796 человек.
Больше всего прибывших — из Донецкой (9 862), Херсонской (3 019), Харьковской (2 885) и Луганской (2 165) областей. Параллельно из города уезжали «свои»: мобилизация, выезд женщин с детьми за границу, работа вахтой. Официальный ряд Госстата после 1 января 2022 года для города фактически оборвался. Справочники на 2025 год иногда ставят 215 445 человек — это не новая перепись, а оценка неопределённой методики.
В стратегических документах общины на начало 2023 года численность с учётом ВПЛ оценивали ориентировочно в 244,8–245,0 тыс. человек. Плотность при этом даже снизили до 2 026 чел./км² — из-за присоединения посёлка Новое с другой застройкой, а не из-за «внезапного опустения» кварталов.
Важно. Сравнивать «219 тысяч на 1.01.2022» и «24 тысячи ВПЛ на учёте в 2025-м» как простую сумму некорректно. Часть ВПЛ уже была в городе до постановки на учёт, часть уехала, не снявшись, часть местных стоит в реестре общины, но живёт в другой области. Две цифры описывают разные реестры, а не одну очередь в магазине.
Для жителя изменение после 2022-го — это не новая цифра в таблице, а то, что в школе появились дети из других областей, на рынке аренды подорожали однокомнатные, а сосед по площадке может быть одновременно «местным» по прописке и «прибывшим» по справке ВПЛ.
Реальный учёт населения
Госстат до войны вёл оценку наличного населения: перепись 2001 года плюс рождения, смерти и зарегистрированная миграция. Регистрация места жительства никогда не равнялась факту ночёвки. После 2022-го этот механизм ещё слабее: выезд за границу, внутреннее перемещение и отложенное снятие с учёта расходятся на месяцы и годы.
Альтернативные контуры таковы. Реестр ВПЛ общины — 23 657 человек на 1 января 2025-го и 23 796 на 13 ноября 2025-го. Декларации с семейными врачами по общине — 223 638 по состоянию на 23 апреля 2026 года. Это тоже не «все, кто здесь спит»: декларацию подписывают и те, кто приезжает на приём, и не подписывает часть арендаторов.
Этапы учёта накладываются. Заводской рост 1960–1980-х формально закончился в 1991-м, но жилищный фонд и прописка держали завышенную цифру до середины 1990-х. Спад 1990-х формально «закрыла» перепись 2001 года, однако выезд молодёжи продолжался все нулевые. Война 2022 года легла поверх незавершённого естественного сокращения 2020–2021 годов. Срок, которого так и не соблюли, — следующая всеукраинская перепись: её переносили ещё до полномасштабного вторжения, и по состоянию на 2026 год новой сплошной картины города нет.
Если вам нужна рабочая цифра для двора или ОСМД, не ставьте в одну строку перепись 1989-го и оценку 2025-го. Возьмите последнюю официальную наличность на 1 января 2022 года — 219 676 человек для города — и отдельно добавьте текущий реестр ВПЛ общины, помня, что пересечение двух множеств неизвестно. Для нагрузки поликлиники ближе ориентир — 223 638 деклараций НСЗУ по общине на апрель 2026-го. Для школы смотрите контингент учреждений, а не «население города» из карточки Википедии.
Типичный расчёт на сентябрь 2026-го выглядит скромно. Официальная база 2022 года минус естественное сокращение нескольких следующих лет, плюс те из 23,8 тыс. учтённых ВПЛ, кто остался, минус незарегистрированный выезд. Интервал «примерно 210–230 тысяч фактически присутствующих в общине в разные месяцы» честнее одного красивого числа. Именно в этом интервале и живёт двор, а не в строке, которую удобно цитировать.
